|
Главная
→
Ежедневник
→
Похороны одногруппника
Похороны одногруппника
Лет пять не виделся со своей первой группой, в которой проучился на первом и втором курсах университета, а тут на тебе, выдался случай, только вот несчастный – погиб наш товарищ, Антон. Я запомнил его, как человека уравновешенного, ответственного, немногословного. И пускай мне с ним не довелось много общаться, и тесно дружить, но я проникся к нему уважением. И вот вдруг, так неожиданно его не стало.
Это не передаваемый момент осознания того, что ты уже никогда… Никогда больше не увидишь, не услышишь, не заговоришь с этим человеком вживую. Сохраняя право только на память о нём. И горше всех эту правду «никогда», безжалостную правду утраты и «вырванного куска из сердца», испытали, конечно, близкие и родные погибшего.
Будучи на отпевании, наверное, каждый из присутствующих, был непроизвольно смятён тем вопиющим фактом, что кроме Антона отпевали ещё двоих человек, возраст которых был пожилой, и это выглядело естественно, но видеть бездыханного молодого человека – впечатление поистине непонятное, несправедливое. Однако ещё одна странная мысль поражает смотрящего на покойников – что это уже не люди. Они становятся чем-то иным, унылым, не живым, не содержащим в себе той глубины, которую собой представляет, наверное, душа.
В действительности, моменты соприкосновения со смертью являются чем-то выходящим за пределы нашего разумения. Словно приостанавливается прежняя суматошная гонка жизни, её азарт, теряют смысл обычные стремления, мечты, страсти – в моменты общения со смертью, они кажутся такими мелкими и наивными. Возникает необъяснимое просветление сознания, пересмотр ценностей, ты вдруг взглядываешь на жизнь под более философским ракурсом. Понимая тщетность её меркантильного шелеста, приоткрывая вуаль действительности, навстречу к чему-то вечному и нетленному.
Каждый из свидетелей смерти до конца не осознаёт всей сути происходящего. Это вещи непостижимые разумом, и даже церковные отпевания, поведение батюшек, превознесения сути – отдают оттенком искусственности, наигранности. А всё потому что мы до конца не понимаем, да и наверное никогда не сможем понять того, что происходит с человеком во время смерти.
В такие моменты, когда смотришь на усопшего, и уже не узнаёшь в нём человека – оказываешься вынужденным переносить испытание собственной веры. Наблюдая тщетность жизни, предстаёшь перед вопросом: «а что дальше?» и теряешься в сомнениях, поскольку не можешь знать наверняка. И считавшаяся прежде непоколебимой вера, обращается зыбким замком из песка. И можно счесть, что соприкосновение со смертью пошатнуло веру, и вскоре разрушит её всецело… Но нет! То, что в течение жизни мы считали глубиной, неописуемой красотой, тем, для чего и мира мало, не может являться только лишь прерогативой телесного разума. Высокие порядки не могут втискиваться в примитивные. То, для ощущения чего было мало всех подвластных органов чувств – не испаряется бесследно со смертью. Мир высшего разума живёт автономно, внутри и вне грубоматериального мира. Это закон сохранения сознания! Душа, глубины чувств и переживаний, высоты мысли и прозрений, не способны сводиться к химическим процессам и электрическим импульсам – они живут своей нетленной потусторонней реальностью, не исчезают со смертью. Возможно, это всего лишь попытка самоутешения. Но только также, как никто не может доказать существование жизни после смерти, также точно – никто пока не смог её опровергнуть.
Портнов В. В. 29.09.2011.
Если понравился пост, поддержи его автора - R392613498861
12.10.2011, 121 просмотр.
До конца публикации осталось:
|
